Воскресенье
16.12.2018
09:19
Приветствую Вас Гость
RSS
 
СВИДЕТЕЛЬ ВЕРНЫЙ И ИСТИННЫЙ
Главная Регистрация Вход
ЛЕТОПИСЬ - {Христианский форум "Верный свидетель" »
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
  • Страница 1 из 3
  • 1
  • 2
  • 3
  • »
Модератор форума: светлячок  
{Христианский форум "Верный свидетель" » Дух Пророчества » Проповеди В. Шелкова и труды Е.Вайт » ЛЕТОПИСЬ (Вера Шелкова.)
ЛЕТОПИСЬ
светлячокДата: Воскресенье, 20.10.2013, 18:37 | Сообщение # 1
модератор
Группа: Модераторы
Сообщений: 2952
Репутация: 2
Статус: Offline
ЛЕТОПИСЬ

“Зародыш мой видели очи Твои; в Твоей книге записаны вседни, для нас назначенные, когда ни одного из них ещё не было” (Псал.138:16).

“У Тебя исчислены мои скитания: положи слёзы мои в сосуд уТебя, – не в книге ли они Твоей?” (Псал.55:9).

Дорогие дети и внуки и все родные!

Когда дни наши на исходе и мы готовимся в путь всей земли, как написано: “Прах ты, ив прах возвратишься”, мы хотим с отцом дать вам, дорогие дети, краткое описание пройденного нами пути нашей жизни.

В юности мы жили в Кустанайской области, это северный Казахстан (Сибирь).
Воспитывались мы с детства в верующих семьях, где постоянно родители внушали любовь и страх к Слову Божию, и так жизнь наша проходила тихо и мирно и безмятежно.

Первое, что нарушило мой покой и безмятежное детство, – это была смерть отца моего Фёдора Сидоровича, который многие годы был пресвитер большой общины и был очень преданный Слову Божию и строгому воспитанию детей, помня слова Моисея из
Втор.6:6-7: “И да будут слова сии, которые Я заповедую тебе сегодня, в сердце твоём. И внушай их детям твоим и говори об них, сидя в доме твоём и идя дорогою, и ложась и вставая”.
И это действительно так он исполнял не на словах,а на деле, и вложил эту любовь к Слову в сердца наши.
Когда я вспоминаю свой детство уже после смерти отца, помню: когда уже стала подрастая взрослеть, то всё более и более чувствовала влечение к Слову и к молитве.

Когда мне исполнилось 16 лет, я вступила в завет с Богом, приняла водное крещение от проповедника брата Пааля.
Это был для меня радостный и торжественный день вмоей жизни, запомнившийся навсегда.
После этого община меня избрала учителем субботней школы. В это время ваш папа, а мой будущий муж, был уже руководителем общины. Работая совместно в этой общине, мы даже и не предвидели, что Отец наш Небесный усмотрел соединить нас для совместного труда в Его
святом деле. И вот мы поженились. Брак преподавал нам проповедник брат Калашников. Он уже успокоился в Господе, а жена его с. Елена
ещё жива и стоит в истине в церкви верных.
 
светлячокДата: Воскресенье, 20.10.2013, 18:44 | Сообщение # 2
модератор
Группа: Модераторы
Сообщений: 2952
Репутация: 2
Статус: Offline
Мы прожили некоторое время после женитьбы в родительском доме. Но так как ваш отец, а мой муж уже три года работал библейским разъездным работником на содержании своих родителей, посещая общины и рассеянных собратьев и даже совершая миссионерскую работу
в новых местах, по поручению первого председателя нашего поля проповедника брата Цирата, и затем после него второго председателя
брата Войткевича, а после него третьего председателя брата Штибена Якова, то последний порекомендовал нас на такую же библейскую работу в другом поле на содержании миссии от Всесибирского Областного Совета полей. И здесь кончилась наша спокойная и мирная и беззаботная жизнь под родительским кровом.

Дорогие детки! Если я и говорю о спокойной и безмятежной жизни в родительском доме, тоэто не значит, что она проходила в безделии, праздности, какой-то избалованности. Нет, она проходила в постоянном труде по силам и сверх сил, а особенно приходилось трудиться мне, оставшейся сиротой без отца, что и приготовило нас к дальнейшим трудностям жизни, встретившимся на пути. Ибо ещё, когда мы были в родительском доме, нам странным казалось, как это можно быть без труда; а если я сказала выше, что с выездом из родительского дома кончилась наша спокойная жизнь, то это имелось в виду, что все заботы хозяйственные лежали на родителях, а наше дело, детей их, заключалось только в послушании и труде. Так как мы получили такую трудовую закалку в детстве, нам в дальнейшей нашей жизни не был страшен никакой труд; поэтому прошу вас, дорогие дети, а также и всех родителей: приучайте детей к труду и послушанию с детства, это их
приготовит к дальнейшей жизни, и трудности не будут страшны им.

Брат Штибен, как председатель нашего поля, дал рекомендацию и сведения и характеристику Адвентистских истин того времени брату Шмидту, бывшему в то время председателем Всесибирской Унии, это был Областной Союз всех сибирских полей.
После этого папу вызвали на очередное весеннее заседание совета председателей Всесибирской Унии, где должен был присутствовать и всесоюзный председатель из Москвы брат Лебсак. Там папа прошёл экзамен по всем основным вопросам, и после этого назначили нас работать
в город Тюмень Уральской области. Там мы поработали некоторое время, где папа был посвящён в проповедники, и ему дано было поле общин в Тюменской и Ишимской областях.

Все эти общины и члены их были верны истинам ВПС и Трёхангельской вести и всем заповедям Закона Божия, и некоторые из этих членов ещё и поныне в живых и стоят в истине. Все эти общины находились в одном духе и в союзе мира с Богом. Но когда плевелы седьмой тьмы созрели и показался колос и зерно, то здесь нарушился мир и покой в сердцах наших и у всех искренних душ. После этого папа уехал по общинам своего поля для утверждения душ в истине, в неизменяемости Закона Божия, чтобы они продолжали быть верными ему, как верный остаток, и быть
верными ему не до испытания, а до смерти, как и было сказано Смирне: “Будь верен до смерти”.
 
светлячокДата: Воскресенье, 20.10.2013, 18:52 | Сообщение # 3
модератор
Группа: Модераторы
Сообщений: 2952
Репутация: 2
Статус: Offline
Я в это время осталась дома, и к нам были присланы из центра Унии два работника: Веленский и Ратников. Они спросили, где Владимир.
Я сказала: “Поехал посещатьсвоё поле”. Вот здесь-то они и открыли своё лицо, доказывая, что при испытании по вынужденности можно нарушать четвёртую и шестую заповеди Закона Божьего, что меня очень удивило и нарушило сердечный мир, и я вступила с ними в борьбу. Они
мне доказывали, что Израиль вёл войны и нарушал субботу в Египте.

Но у меня к ним был такой вопрос: “Дайте мне доказательство из Священного Писания, что те, которые нарушали в Египте субботу, будут спасены”. Эта внедрившаяся тьма отступления создала для меня большую печаль и скорбь, и я часто их оставляла и выходила в кладовую со слезами, обращаясь к Отцу, чтобы Он дал мне силы и открыл им глаза.
В это время приехал папа, и здесь была у них борьба день и ночь. Они с угрозой поехали по общинам нашего поля, и с ними поехал и отец, чтобы защитить эти души и истину Закона Божия. И когда победа осталась на стороне верных, то они вынуждены были сообщить в центр.

После этого началось преследование, и нам пришлось оставить это место и уехать в город Казань. Но любовь к душам и истине побудила нас через некоторое время возвратиться в своё поле, где папа и был вскоре арестован, и дали нам ссылку три года с принудработами на север Урала в г. Берёзов. Там лето короткое и белые ночи, т.е. ночи летом почти нет, а зимой день короткий и ночь длинная, и морозы до 60 градусов. Кругом тайга и болота и реки, а местные жители – остяки ездят зимой на оленях, едят сырое мясо и сырую рыбу.

Берёзов

На севере дальнем холодном,
Где тундра с тайгою сошлись,
Где Оби глубокие воды
Во всю широту разлились,–

На севере дальнем холодном,
Вблизи от великой Оби
Раскинулся город Берёзов
В далёкой, глубокой глуши.

Живут остяки и зыряне
И рыбу сырую едят,
И климат для них не опасен,
Не страшна бывает цинга.

На лодках они разъезжают,
Оружие, сети в руках:
То рыбу в реке добывают,
То ловят пушнину в лесах.

И годы идут за годами,–
Старится, седеет остяк,
В могилу спешит за отцами
Надежды лишённый бедняк.

Как пламенно сердце желает
Спасения весть понести!
Решётка ж стальная мешает
Мне грешников этих спасти.
 
светлячокДата: Воскресенье, 20.10.2013, 19:00 | Сообщение # 4
модератор
Группа: Модераторы
Сообщений: 2952
Репутация: 2
Статус: Offline
Много пришлось пережить за эти годы, а особенно по причине моей болезни. Но и здесь мы извлекли из ничтожного драгоценное, а именно:
мы были назначены на этап в город Обдорск, ближе к Ледовитому океану, но по причине моей болезни нас оставили от отправки туда, что и сохранило нашу жизнь, хотя Я и пролежала в больнице семь месяцев в тяжёлом состоянии: было крупозное воспаление лёгких и температура поднималась до 41,3 градуса, и врачи отказывались лечить, не имея надежды на жизнь. Но папа не терял надежду на великого Врача, позвал соседа, часового мастера, тоже ссыльного, и вместе они делали искусственное дыхание 21 час, из которых 6 часов без перерыва, а затем я стала по временам сама дышать и затем снова не дышать, и они продолжали делать искусственное дыхание с перерывами на 15-20 минут ещё 15 часов, при этом согревая тело. А когда я пришла в сознание, то у меня отнялась речь и руки и ноги. Но Господь Бог дал милость и расположение врачам, и они положили меня в больницу и делали массаж рук и ног, и это постепенно восстановилось (появилась речь, стали работать руки и ноги – Изд.).

Благодарение Богу, что всё это было к концу срока ссылки, и хотя я и слабо себя чувствовала после такой болезни, но для сохранения жизни пришлось работать, брать шитьё и прирабатывать, ибо время было тяжёлое – голодное (32-34 гг.).

А когда в 1934 году кончился срок ссылки в марте месяце и государственный паёк с нас, как окончивших ссылку был снят, стало трудно с питанием, кушать было нечего, ибо это север и ничего не растёт, кроме тайги, а до парохода надо было ждать до июня. Первый пароход пришёл 14 июня. За это время было много трудностей и материальной нужды.

Хочу, детки, рассказать вам, хоть один момент из тяжёлых переживаний. Только имея веру и надежду на обетования: “не оставлю тебя и не покину тебя” и “не даст сверх сил испытания”, мы всё перенесли. И хотя это так, но всё же Господь доводит иногда до совершенного низложения сил. Был день, когда папа ушёл на работу смолить лодки на судоверфь на пристань. Пищи в доме не было, и дети малые со мной, но я об этом меньше скорбела и только просила Отца, чтобы Он укрепил меня и помог встретить папу с весёлым лицом. И Он услышал молитву мою,
и я встретила его бодрою и сказала: “Ты не беспокойся о нас, я кушать не хочу”, и мы, войдя в квартиру, преклонили колени и просили Отца исполнить Свои обетования, где Он сказал: “Хлеб будет дан и вода не иссякнет”, и второе обетование, о котором Давид говорит:
Я был молод и состарился, и не видел праведника оставленным и потомков его просящими хлеба”.

Это обетование исполнилось и на нас. После молитвы папа лёг на кровать и взял детей к себе, а я села к столу, взяла мандолину и стала играть псалом “Когда одолеют тебя испытанья”. Конечно, я играла, но слёзы лились рекой, но всё же, чтобы не видел папа. Это была ночь – 12 часов. В это время кто-то постучал в окошко. Я вышла, это была одна жена военного, Ольга Трофимовна. Она бросила мне немного крупы и 4 куска сахару и завёрнутое для нас шитьё. Она сказала: “Там всё написано”, и быстро ушла, потому что вольным со ссыльными строго запрещалось
иметь общения.

Я взяла этот узелок, зашла в комнату, и когда мы с папой посмотрели, то невольно прослезились, чувствуя и видя заботу и близость Отца
нашего Небесного. Мы здесь же преклонили колени и возблагодарили Отца за Его заботу о нас, и папа нарубил дров и затопил железную печь, и мы сварили кашу, разбудили деток и уже в радости и благодарности подкрепили телесные силы. В то же время сна не было, мы чувствовали своё ничтожество; кто мы, что Он так близок к нам, как написано: Что есть человек, что Ты помнишь его, и сын человеческий, что Ты посещаешь его”.

Поэтому, дорогие детки, помните слова сказанные: “Кто обращал взор к Нему, того Он не оставлял”.
Пусть этот наш опыт послужит и для вас подкреплением в трудное время.

И эта женщина снабжала нас всё время до нашего выезда из места ссылки, из Берёзова, до первого парохода, который пришёл 14 июня.
И вот мы, собрав все свои пожитки, продали их, чтобы нам было что на дорогу, и, имея любовь и заботу о народе Его, которую Он вложил в сердца наши, мы не поехали сразу к родителям своим, а поехали по родным из семьи Отца, чтобы узнать их духовное состояние. И здесь начались наши скитания и духовные заботы и ещё большие переживания при виде нужды изголодавшегося, рассеянного стада после тяжёлых лет внешних обстоятельств дня облачного и мрачного и рассеяния овец без пастырей в то время, когда сотрудники верных находились ещё в узах.
 
светлячокДата: Воскресенье, 20.10.2013, 19:18 | Сообщение # 5
модератор
Группа: Модераторы
Сообщений: 2952
Репутация: 2
Статус: Offline
Мы приехали сначала в город Тюмень, а затем в село Тачкал, стоящее на 50 км от города, и утешились верой общей с теми, кто остался за это время жив и верен в истине, а оттуда выехали в г.Омск, где также имели общение с верными. Оттуда поехали в г.Бийск, где пришлось иметь много борьбы с тьмой Едома, внедрившейся там. Побыв там, мы направили свой путь в Сарканд (Семиречье), где также были верные из семьи Отца, ныне уже покоящийся брат Антон Р. и бр.Василий Горлач и жена его Анна, которые ныне уже покоятся в надежде, умерши в узах, и другие.
По выходе из Бийска приехали на станцию Алтайская. Здесь нам надлежало разлучиться с папой, которого приглашали в другую общину в Кузнецкий Алтай, несмотря на то, что здоровьем я была очень слаба. Лёгкие были слабы, а дети маленькие, но мне надо было ехать без папы, не считаясь с трудностями пути и личными чувствами.
Когда папа посадил меня с детьми в общий вагон, отправляя в далёкий и трудный путь, где придётся ехать со станции Мулалы в Сарканд 180 км без пропуска в пограничную зону по пустыне с попутной грузовой машиной, рискуя, то у папы сердце сжалось от скорби, так как он знал состояние моего здоровья и трудности и опасности пути с детьми и без средств. Но поскольку эта жертва была во имя Его, ради дела Божия, то Господь утешил папу и показал ему момент самопожертвования Авраама и Исаака на горе Мориа.

Когда я поехала до станции Мулалы, то там была задержана по причине отсутствия у меня пропуска, а вторая причина: где муж?
И продержали меня там четыре дня. Это был ноябрь месяц, холодное время. Там пришлось испытать холод и голод и насекомых и
бесконечные допросы. Но когда увидел Отец готовность ко всему, то Он повлиял на этого льва, который вёл моё дело, и он пришёл ночью, посмотрел на меня уже не львиными, а агнчими глазами и сказал: “Жаль мне вас. Я решил, будь что будет. Собирайтесь быстро, – дело было к утру, – и я вас отведу километра полтора от станции. Там есть овраг, и вы сидите там и ждите, а с места я не могу вас взять, потому что начальство не разрешает”.

Я просидела там день, а дождик моросил. Пришла ночь тёмная. Волки кругом светят глазами, как фонарями, и воют, а дождь всё идёт.
Я положила детей и наклонилась над ними, на коленях распростёршись, сохраняя их от дождя, и молилась, чтобы Отец Небесный не
оставил здесь на съедение этим волкам, утешая себя прежними опытами и упованиями.
И вот второй день, целый день сижу, а их нет, а обратно возвратиться на станцию нет силы, да и опасно. И вот к вечеру подошла грузовая
нагруженная машина, и тот человек сказал: “Бедная, что ты пережила за это время, и меня, наверное, проклинала”. Я сказала: “Нет, не проклинала”.
И им пришлось ехать окольными путями во избежание застав, проверки. И они привезли меня в Сарканд к сестре Марии Герб., ныне уже покойной матери Веры Г., чуть тёплую. Но я никогда без слёз не могу вспомнить их сердечную теплоту и заботу,
а особенно с.Анны Горлач, а также в лечении моём.

Но, к сожалению, к моей болезни лёгких прибавилась ещё сильная малярия, как у меня, так и у детей. Это их внимание ко мне и любовь к истине ещё больше меня утешили, что есть искренние души у Бога, рассеянные повсюду, ради которых стоит жертвовать, и мои переживания показались мне ничтожными в сравнении с жертвой Христа и с той целью, к которой мы стремимся в вечность Царства славы, где уже не будет скитаний, ни скорби, ни разлуки, а будем иметь непрерывную радость общения с Ним и друг с другом. Через два с половиной месяца приехал папа. Он не узнал меня, ибо каверны в правом лёгком и малярия сильно истощили меня. Но всё же и в вечности я не забуду ту заботу, которая была проявлена в лечении и укреплении моего здоровья со стороны всех дорогих и близких членов семьи Отца той общины, и сейчас без слёз не могу вспомнить тот тяжёлый момент.

С приездом папы вскоре пришлось похоронить дочь, и не долго пришлось там жить, потому что кес. узнал его, и нам надо было быстро уехать оттуда, и пошли наши скитания с места на место: Алма-Ата, затем станция Беловодск (Киргизия), затем Кустанай (Казахстан), а затем Куйбышев, по совету бр.Оствальда и Манжуры, которые приезжали к папе на ст. Беловодскую, и там было совещание всесоюзного значения,на котором ваш папа был определён заместителем Всесоюзного председателя.
 
светлячокДата: Воскресенье, 20.10.2013, 19:44 | Сообщение # 6
модератор
Группа: Модераторы
Сообщений: 2952
Репутация: 2
Статус: Offline
В начале 1936 года, после совещания старших служителей, мы поселились в г. Куйбышеве, где прожили до 25 декабря 1936 года. Здесь родилась Диночка 3 мая. В это время папа поехал с братом Прокофием Ивановичем Манжурой посещать семьи Отца.
В отсутствии папы пришёл кес. к одному из наших братьев. Этот сыск папы и Прокофия был по причине ареста бр.Оствальда. Это был в 1 час ночи, и он стал спрашивать за папу. Жена его сумела выйти, чтобы предупредить меня. Я разбудила детей, из которых Диночке было 8 месяцев. Взяла её на руки, а те двое держались за полы моего пальто, и мы пошли на вокзал г.Куйбышева. Был сильный буран – снежная пурга. Возник у меня вопрос: куда ехать? Конечно, я могла бы сразу же уехать к своим родным по плоти, которые жили материально обеспеченные, при полной чаше, и они бы меня приняли. Но так как они были настроены против работы папы и не советовали ему лично заниматься делом Божиим и меня за это упрекали, что я ему разрешаю рисковать нашим семейным благополучием, – по этой причине,
чтобы не дать им повода поносить Отца Небесного и истину и моего мужа, а вашего отца, я решила не ехать к ним, а предать себя в руки руководства Небесного Отца, Который обещал, что и волос не упадёт с нашей головы без Его внимания, и если Он заботится о птицах, тем более о нас, людях, за которых Он отдал Своего Сына на смерть, чтобы спасти нас. Он и позаботился и дал мне мысль ехать в Оренбург.
Я вспомнила из разговора отца, что у нас есть один из духовных родственников, слепой брат Кочур в городе Оренбурге, а жена его была
неверующая.

Приехав в Оренбург, просидела несколько дней на вокзале, потому что адрес его я не знала – ни улицу, ни номера дома, ни имя-отчество, а только фамилию Кочур, и не знала, что дальше предпринять, а с вокзала гнали, говоря: “Или уезжай поездом, или уходи с вокзала”. И когда дальше уже невозможно было быть там, я в час ночи вышла в сквер привокзальный и со слезами просила Отца Небесного помочь мне
выйти из этого положения, и в это время осветило мои мысли, как молния, название улицы и номер дома – “Степная, 21”.

Я встала и пошла искать. Эта улица, оказалась, была недалеко от вокзала. Я нашла, постучала в дверь, и вышла жена этого брата и спросила, кто я и что надо? Я спросила её: “Кто вы?” И когда она назвала свою фамилию, то я ответила: “Я Владимира жена”. А она знала папу, когда он посещал её мужа в их квартире и беседовал с ней. Она спросила меня: “Вы одна?” Я говорю: “Со мной трое детей”. И вот тут она дала волю своим чувствам, набросившись на меня с упрёками из-за мужа и его духовной работы, и сказала: “Я не могу вас впустить в квартиру свою, потому что вскоре будет всесоюзная перепись”. (Это была первая перепись 1937 г., которая была затем забракована из-за вопроса в ней о религии и перенесена на 1939 год, в которой уже не было этого вопроса). Выслушав её упрёки молча, я извинилась за
беспокойство и пошла обратно, но, пройдя один квартал, я услышала быстрые шаги, догоняющие меня. Это была она. Поравнявшись со мной, она сказала в повелительном тоне: “Бери детей и иди к нам”. Я любезно её поблагодарила, и, возвращаясь, я увидела возле вокзала возчика с осликом и маленькие сани.
Договорившись с ним, я взяла детей и накрыла их на санях, потому что шёл большой снег, а сама с ним шла пешком. И снова постучала в двери, она открыла и указала мне место на полу возле плиты в кухне и пошла спать. Я, конечно, до утра не могла уснуть, потому что было холодно и, притом, Диночка была очень больная. Утром она, вставши, позавтракала и молча ушла на работу. В это время я осталась наедине в квартире с братом Николаем Климентьевичем, слепым, и ещё пришла сестра Катя Ерофеева, притесняемая мужем из-за истины, и я им рассказала о своём действительном положении. Они мне посочувствовали сердечно, но сказали:
“О дорогая сестра, мы при всём нашем желании тебе ничем не можем помочь”.

Тогда я, чтобы умилостивить эту женщину, неверующую жену брата Николая Климентьевича, и чтобы иметь возможность продержаться здесь хотя несколько дней в надежде на приезд папы вашего, так как по выезде из Куйбышева я предупредила брата Сорокина, что еду в Оренбург, поэтому надеялась, что папа поедет вослед и найдёт меня. Поэтому, чтобы умилостивить её и продержаться в их квартире, я
решила навести порядок как в квартире их, так и в стирке их белья, потому что всё было запущено: он полностью слепой, а она на службе работала машинисткой. И вот я весь день до прихода её, собрав все силы, старалась кое-что успеть к приходу её, а остальное бельё замочила, чтобы она видела, что я хочу полностью закончить стирку и отблагодарить их за приют, оказанный нам. И когда она пришла и увидела всё это, то её лицо просветлело и она сказала: “Кончайте и отдыхайте, а то вы и так слабы”. Но мне долго не пришлось отдохнуть, так как сатана и
здесь решил причинить зло и беспокойство.
 
светлячокДата: Воскресенье, 20.10.2013, 19:48 | Сообщение # 7
модератор
Группа: Модераторы
Сообщений: 2952
Репутация: 2
Статус: Offline
В выходной день она ушла с мужем к своей дочери на целый день, а в это время воры забрались в соседскую квартиру и обворовали, потому что это был коммунальный дом. Так как я по просьбе моих хозяев не выходила во двор, то и не могла знать, что там делается.
В это время зашла ко мне на кухню сестра Катя Ерофеева и говорит мне: “что это у вас полный двор милиции?” И тут как раз заходит начальник милиции в квартиру и с ним ещё несколько человек и пострадавшие хозяева. В это время Диночка была у меня на руках. Начальник спросил меня: “Откуда вы и как ваша фамилия?”, потому что соседи обворованные сказали о мне, что это чужая женщина не из их жильцов. В это время мне сделалось очень плохо.
Начальник, видя моё такое состояние, сделал паузу в своих расспросах, и в это время забежал милиционер со словами: “Товарищ начальник, воров поймали и все вещи найдены”, и они быстро вышли. После их ухода Катя быстро собрала детей, и, закрыв квартиру на замок и положив ключ в условленном с хозяевами месте, мы с сестрой Катей и детьми ушли на вокзал. А причина моего быстрого ухода была в том, чтобы не причинить беспокойства хозяевам, приютившим меня в эти дни, и избавить их от лишних расспросов обо мне.

Но, к счастью, папа приехал домой в Куйбышев и, узнав о положении и моём местонахождении, прибыл на станцию Оренбург, где я его и встретила на перроне со слезами благодарности к Отцу Небесному за эту встречу в таком критическом моём положении. Посоветовавшись вместе, мы решили ехать в Крым, где папа расстался с братом Манжурой, чтобы закончить недоконченное.

Приехав в город Джанкой, и взяв детей, мы пошли к сестре Кате Кост., которая, встретив нас на улице, пришла в ужас, потому что, по причине разделения в Едомских АСД у них после первого посещения, противящиеся едомляне теперь угрожают сделать нам зло. Она взяла двоих детей, Андрюшу и Римму, к себе. А мы с Диночкой обратно возвратились на вокзал и вспомнили, что в Ялте живёт брат Герасим Нет. с женой Эвелиной Оттовной. Он тогда ещё был наш по прежней памяти 1929 года, когда они были у нас в Тюмени, и мы решили поехать до Севастополя поездом. А там сели на пароход и добрались до Ялты. Это был январь месяц, дождь и снег. Просидев до утра в морском холодном вокзале Ялты, мы утром, несмотря на дождь со снегом, – это был январь месяц 1937 года, – пошли на поиски квартиры брата Герасима Н. и его жены Эвелины Оттовны. К полудню мы нашли его в пригороде Ялты. Папа остался с Диночкой за калиткой на улице, а я пошла во двор. В это время его жена Эвелина Оттовна была на веранде, которая была застеклённой. Увидев меня, она с испугу закричала мужу громким голосом: “Герасим! скорее иди и скажи им, чтобы не заходили, а то и нам будет беда через них”.

Я возвратилась, несмотря на дождь, потому что мы были очень уставшие и сил не было сразу идти, и мы обратились за советом и помощью к Отцу Небесному, Который силен дать изнемогшему силу и Который неоднократно нам помогал в трудные минуты. В это время Эвелина Оттовна вышла за калитку ворот и говорит: “Простите меня, что я не пожалела эту малютку, что у вас на руках, в то время как вы оказали нам приют, когда мы приехали из ссылки из Тобольска к вам в Тюмень”. И тут же она пригласила нас к себе в квартиру.

Побыли здесь до утра. Ночью слышала я, как она говорит своему мужу Герасиму Алексеевичу о том, чтобы он поторопил нас искать квартиру, потому что она не может переносить беспокойства от ребёнка и запах пелёнок, так как они были бездетны.

А за это время нашей разлуки после Тюмени оказалось, что они уклонились в сионизм, и она возомнила себя пророчицей и книгу “Опыты и видения” Е.Г.Вайт всю исчеркала критикой. Вот это отступление и было причиной такого странноприимства.
 
светлячокДата: Воскресенье, 20.10.2013, 19:59 | Сообщение # 8
модератор
Группа: Модераторы
Сообщений: 2952
Репутация: 2
Статус: Offline
Дорогие дети и родные!

Хочу рассказать вам один момент, характеризующий тех людей, которые отступают от истины, как с потерей страха Божия теряется и человечность и всякое сострадание.
Утром стал Герасим Алексеевич готовить завтрак: вскипятил чай и сварил немного молочной манной каши. Я, конечно, как мать, после длинной дороги была рада, что наконец то смогу покормить своего ребёнка горячей кашей. Но, увы!
К моему удивлению, они налили этой каши в две маленькие тарелочки, положили на стол возле них две салфетки бумажные и, поставив два маленьких высоких кресла, посадили двух котят по имени Топся и Мопся, которых они, будучи бездетными, выдрессировали понимать и исполнять их повеления. А нам предложили чай и хлеб, а ребёнку ничего.
Хозяин предложил встать на молитву перед пищей и помолился.
В это время муштрованные котята Топся и Мопся тоже встали на задние лапки, а передние сложили у себя на груди. После молитвы они, сев в свои маленькие специальные кресла, стали кушать манную кашу лапкой, а затем, беря двумя лапками салфетку, вытирали свои ротики.

Я, смотря на это, не смогла кушать, и под предлогом ребёнка встала из-за стола и вышла, ибо печаль сдавила мою грудь при виде такого бесчеловечного отношения, что для них дороже котята, чем эта крошка, скитающаяся, которая нуждалась в пище.

Этот факт показывает лжелюбовь лжеучителей и то, как они низко падают в моральном отношении, когда отступают от истины, зато на словах много говорят о любви. “По плодам их узнаете их”.

Собравшись, и взяв ребёнка, мы пошли искать квартиру, а то место пригорода Ялты было очень гористое, и нам пришлось с трудом нести Диночку по дождю. К вечеру мы нашли у одной татарки тёмную комнатушку, которая не отапливалась. Папа купил железную
старую печку и ведро угля и дров, и мы затопили, и, обогревшись, возблагодарили Отца Небесного за этот уголок. После вечерней молитвы я спросила папу: “Неужели больше будет радости в небесных обителях, чем мы имеем в настоящее время, никому не служа бременем?” Мы прославляли Бога пением, и это вызвало недоумение у хозяйки-татарки, и утром она спрашивала нас об этом.
Пробыв два дня в этой квартире, папа уехал в Джанкой за детьми, а я пошла к Эвелине Оттовне сообщить, что мы квартиру нашли. Она мне похвалилась, что они получили от сестры Крыловой письмо из Ленинграда, которая приглашала Герасима Алексеевича приехать посетить их, зная Герасима по-прежнему как из верного остатка, но не зная, что он уже уклонился в сионизм. И она прочитала мне письмо от них.
Папа уже раньше был в Ленинграде, и там произошло разделение с Едомскими АСД и новые души стали выходить из отступивших АСД, в числе которых была и мать Эльвиры Войтелович.

Услышав эту весточку, мы были очень обеспокоены, что их может посетить этот лжеучитель, и мы дали обет Богу, что если Он нам поможет с получением паспорта для меня и пропиской и квартирным устроением, то он, папа, сразу же поедет посетить их и предупредит.
И Господь нам помог во всём этом.
 
светлячокДата: Воскресенье, 20.10.2013, 20:11 | Сообщение # 9
модератор
Группа: Модераторы
Сообщений: 2952
Репутация: 2
Статус: Offline
Мы перешли уже на новую квартиру, к гречанке на Аутку, в другой пригород Ялты, и папа оставил меня и уехал в Ленинград, несмотря на тяжёлый 1937 год. Я тут же приняла все меры, чтобы устроится на работу. Устроилась в швейную мастерскую.
Большой цех, работа в три смены. И я оставляла этих малюток одних в комнате, в которой ещё ничего не было, кроме одного одеяла на полу и фанерного небольшого ящика, в котором сидела Диночка. Сварив им манную кашу в алюминиевой чашке, я оставляла им на день это питание, боясь оставить им даже ложки, чтобы они не повредили друг другу, и там они кормились и кормили Диночку из рук. А я вынуждена была отсутствовать десять часов; из них восемь часов на работе, а два часа уходило на ходьбу туда и обратно. Мастерская была в городе Ялте на берегу моря, а мы жили на окраине в пригороде. Конечно, я просила старушку хозяйку-гречанку присматривать в окошко хотя изредка, потому что они были закрыты.

С выходным днём было очень трудно, но Отец Небесный дал милость в глазах заведующей этим швейным цехом и успех в работе, так что я могла выполнять план больше чем на 100%. И так я там работала.

По отъезде папы я пошла навестить Эвелину Оттовну. Но так как она никогда не готовит пищу и не имела понятия, как это делать, то ввиду отсутствия её мужа Герасима, она попросила меня зажечь примус и приготовить пищу. И когда я стала накачивать примус, то котёнок Топся, услышав необычайный для него шум примуса, испугался и мгновенно скончался.

Она, Эвелина Оттовна, увидев его трагическую смерть, упала в обморок. Я позвонила по телефону её мужу в контору, где он работал. И он быстро приехал. Я к этому времени привела в сознание Эвелину Оттовну, дав ей понюхать нашатырного спирта и натёрла виски, но она всё ещё
лежала на полу, ибо я не могла поднять её на кровать, как крупную, грузную женщину. Она же, придя в сознание, протянула руку и взяв котёнка, и прижав его к груди, горько рыдала.

По приходе своём, Герасим положил её на кровать и она приказала ему сделать гробик для котёнка и сказала, чтобы ему сшили из белого шёлка одежду и шапочку. Всё это было сделано, и, выкопав ему яму во дворе под деревом, они совершили погребение с воплями и великими слезами.

А я только с печалью смотрела на всё это и сделала вывод: до чего может дойти человек, потерявший правильное направление в жизни, оторвавшись от тела церкви – Царства благодати и от струи вести своего времени.

Эвелина же, смотря на меня, что я не принимала участия в их скорбях и воплях – назвала меня жестокой.
А Диночка была у меня на руках, девятимесячный ребёнок, который нуждался в пище, и ей не предложили ничего – это с их стороны была не
жестокость?!
Пусть этот рассказ послужит уроком всем – не увлекаться теми или иными идолами в пути жизни.
После окончания, их такой, похоронной процессии, я ушла на свою квартиру.
 
светлячокДата: Воскресенье, 20.10.2013, 20:19 | Сообщение # 10
модератор
Группа: Модераторы
Сообщений: 2952
Репутация: 2
Статус: Offline
Папа возвратился через четыре с половиной месяца, но, прожив несколько времени, мы вынуждены были, прожив там семь месяцев, оставить это место и выехать из Ялты по причине кесаря.
Переехали в Мариуполь в дом Прокофия Ивановича. Его уже дома не было по той же причине, что и у нас. Я осталась жить там в его квартире, а папа уехал к Якову Петровичу в г.Сталино, но не долго и там пришлось прожить по причине сердитого дедушки, всего пять месяцев.
Папа с детьми и бабушкой Лукерьей Николаевной быстро выехали в Воронеж, на станцию Графскую. А я по причине болезни ещё осталась там у одной женщины. Когда температура снизилась у меня, я тоже поехала туда же. Но во время температуры я забыла адрес их. И мне пришлось по этой причине два дня искать их по приблизительным признакам. Потом нашла их, и мы прожили там один год и восемь месяцев, где имели возможность окрепнуть и набраться сил для дальнейших скитаний.

Это был самый продолжительный срок нашего пребывания на одном месте, по сравнению с прошлыми местами жительства.
Недалеко от нас поселились уважаемые духовные родственники: Яков Петрович, Иван Родионов и Алексей Щербатых.
И мы могли видеться с ними.
Иван и Алексей успокоились в Господе в тяжёлые сороковые годы войны, как страдальцы за имя Его, святые заповеди, а особенно, за шестую. Светлая память о их стойкости и верности до смерти сохраняется в сердцах семьи Отца.
Приезжал к нам несколько раз туда в Графскую и дорогой наш старец Манжура Прокофий Иванович, и мы разделяли с ним наши общие заботы о семье Отца. Он успокоился от земных трудов в узнической жизни в 1949 году 3 декабря в лагере, на станции Сухобезводная Горьковской области. Это были его третьи узы, а дела его идут вслед за ним.

Дорогие дети, поймите, что если я и вспоминаю эти моменты тяжёлых переживаний, то это не значит, что не было верных душ, которые поддерживали руки, “ибо царство небесное подобно неводу, захватившему рыб всякого рода”, из которых хорошее собирали в сосуды, а плохое выбрасывалось вон. Так и в это трудное время были верные и искренние души, для которых надо было жертвовать собой и семьёй, невзирая на трудности, но взирая на Того, Кто здесь на земле не имел где преклонить головы, скитаясь и обнищав ради нас, а ученик не выше Учителя.

“Гнали Меня, будут гнать и вас”, – так сказал Христос. И поэтому Он сказал: “Мир оставляю вам, мир Мой даю вам: не так, как мир даёт, Я даю вам. Да не смущается сердце ваше и да не устрашается”, “ чтобы радость ваша была совершенна”.
И мы смело можем сказать, что мы это испытали – мир и радость Его на себе. Поэтому мы можем смело сказать: “Мы рабы ничего не стоящие, потому что сделали, что должны были сделать”, ибо мы во Христе Иисусе и созданы на добрые дела, которые предназначил Он нам исполнять. Поэтому мы от всего сердца хотим сказать словами Давида: “Не нам, Господи, не нам, но имени Твоему дай славу”.

Это было время собирания рассеянных чад Божиих после внедрения седьмой тьмы в Лаодикию, а работников было мало, поэтому и приходилось так трудиться по силам и сверх сил, но всё же невозможно было полностью удовлетворить все нужды македонского зова рассеянных, искренних душ, а поэтому была непрестанная просьба к Отцу – Господину жатвы в Лаодикии, чтобы Он выслал делателей на ниву Свою в этой жнущей, молотящей и просевающей вести Верного Свидетеля к Лаодикии, Который праведно судит и воинствует.
 
светлячокДата: Воскресенье, 20.10.2013, 21:40 | Сообщение # 11
модератор
Группа: Модераторы
Сообщений: 2952
Репутация: 2
Статус: Offline
После того, как мы прожили один год и восемь месяцев там, на станции Графской, по причине Доика, который донёс Саулу на Давида, пришлось и нам тоже оставить это место и выехать в город Ташкент. Здесь мы прожили два года, я работала по
портретному делу, а папа по своему делу.
Сюда, последний раз, в 1940 году приезжал Прокофий Иванович, разделял с нами общую радость в истине этой вести Свидетеля Верного, а особенно он беспрестанно радовался свету прогрессирующих истин седьмого света в движении Иного ангела, говоря: “Ах танцевать хочется в радости, как некогда Давиду”, слыша о богатстве световой благодати в этих новых лучах седьмого и юбилейного света.

А первого января 1941 года пришли арестовать папу. Но Господь избавил от львиных челюстей чудным путём, ибо Он Тот же Бог, Который помогал реформаторам избавляться от опасностей в их время. Но всё же пришлось 12 дней скитаться по городу по причине усиленного сыска, а затем мы с папой, оставив детей и бабушку на месте, выехали в Донбасс к брату Прокофию и Власу в Кадиевку. Будучи в лёгкой одежде и обуви, я чуть не замёрзла. Путь от станции Кадиевка до квартиры брата Власа был далёк, а погода стояла холодная, зимняя. Папа с трудом дотащил
меня до места замерзающую и засыпающую. Пришлось применять обтирание снегом в коридоре, в тёплую квартиру нельзя было вносить.

Там же я заболела воспалением лёгких. Мы там задержались, пока я не поправилась.
Затем мы выехали в город Харьков, там также были наши духовные родственники. Пришлось много беседовать с отступившими АСД, уклонившимися в субботствующее пятидесятничество, с уклоном в чусовское учение, что Христос воскрес в субботу.
После Украины мы возвратились к семье, оставшейся на месте с бабушкой Лукерьей Николаевной. Но мы не могли долго задержаться, потому что соседу, бывшему хозяину, у которого была куплена эта квартира, было поручено сообщить кесарю, если мы приедем.
И мы, оставив бабушку и детей, направились в Бухару, не зная, что Отец Небесный уже приготовил нам дальнейший путь для Его труда в собирании рассеянных седьмой тьмой искренних душ.
 
светлячокДата: Воскресенье, 20.10.2013, 21:49 | Сообщение # 12
модератор
Группа: Модераторы
Сообщений: 2952
Репутация: 2
Статус: Offline
Ивот по пути я сильно заболела – был сильный приступ печени, пришлосьзадержаться на железнодорожной станции Коган, возле Бухары, на которой медпункт оказывал мне помощь.
Водном вагоне с нами был военный человек с женой из Пятигорска, и когда он увидел мои страдания, то сказал: “Я не поеду, пока вы не поедете с нами, и я устрою вас на лечение в Пятигорске, я имею на это возможность”.

Так как я по причине тяжёлого состояния не могла поехать этим поездом на Красноводск, он оставил свой пятигорский адрес, и я ещё осталась. Всё же мы в этой настойчивости и сострадании усмотрели план Божий, но вместе не поехали и по другим причинам. На другой день, взяв билеты, мы направились в путь на Красноводск, а там Каспийским морем добрались до Баку, а оттуда поездом до Пятигорска. Когда мы подъезжали к Пятигорску, было объявлено о начале войны. Это было утро 22 июня 1941 года.

Мы, как Авраам, пошли не зная куда – повиновались Его руководству, несмотря на то, что мы никого не знали в Пятигорске. Но Отец Небесный дал нам вспомнить, что когда-то ещё с двадцатых годов здесь жил Гринёв Андрей, бывший наш кустанайский библейский работник в 1925 г.,
и его жена Клавдия. Переночевав в доме для заезжих, мы утром пошли на базар, чтобы купить пищи. Я подошла к одной женщине, продающей молоко, и спросила её: “Знаете ли вы здесь Гринёву Клавдию?” Эта женщина оказалась субботствующей пятидесятницей и знала Клавдию Фёдоровну и где она живёт. Она рассказала нам, как найти её дом, и мы нашли. В это время её не было дома, но нас встретила её дочь Лида.
Мы сразу узнали её, ибо она была очень похожа на своего отца Андрея, погибшего до этого в узах. Сестры Клавы дома не было в это время.

Лидочка сказала: “Обождите, мама скоро придёт”. Вскоре она пришла, но она нас не узнала, потому что с 1925 года по 1941 г. мы не виделись. Мы сказали ей: “Мы слышали, что вы сдаёте квартиру”. Она сказала: “Посмотрите, пожалуйста, у меня есть свободная комната”. Мы договорились о цене, она пригласила нас на стакан чаю, потом, всмотревшись в меня, упала на кровать и зарыдала и говорит: “Вера! Неужели это ты?”
Ибо у меня был очень болезненный вид. Я ей ответила: “Да, это я”. И здесь же мы преклонили колени и вместе помолились, возблагодарив Отца
Небесного за эту радостную встречу. И что нас первым долгом интересовало, так это её духовное состояние, ибо не зря Отец проложил сюда нам путь. Мы стали её расспрашивать о семье Отца, есть ли здесь ещё кто. Она сказала: “Когда-то были, но сейчас полумёртвые”.
 
светлячокДата: Воскресенье, 20.10.2013, 22:00 | Сообщение # 13
модератор
Группа: Модераторы
Сообщений: 2952
Репутация: 2
Статус: Offline
Тогда мы с ней стали беседовать об истинах трёхангельских вестей и об основах, которые были заложены в Адвентизме
с 1844 года.
Когда было объявлено ей об отступлении ангела Лаодикии во исполнение пророчества о Лаодикии и о последствиях его в виде рассеяния и духовного ослабления, как и она  сама охарактеризовала духовное состояние их семьи, и то, что сохранился верный остаток в лице церкви верных АСД, то она сначала было возразила, что восьмой церкви нет и не может быть. Но когда было ей тщательно разъяснено, что во исполнение пророчества церковь должна быть верной не до первого испытания, а до смерти, и что по пророчеству в Лаодикии
существует седьмая отступница в лице неверных АСД (Едом), и должна существовать седьмая церковь Лаодикии до конца  в лице верного остатка, верных АСД, которые стояли на страже в проломе, по пророчеству Иезекииля, и когда она поняла всё это предречённое пророчеством, как библейским, так и Е.Вайт в ст. “Просевание”, и увидела исполнение его в истории падения неверных АСД, как ветвей, отломившихся от вековой маслины, на которой уцелели верные, – то она зарыдала таким рыданием, которое не поддаётся описанию пера,
и стала просить нас пригласить кое-кого ещё из собратьев пятигорских для такой же беседы.

Мы дали согласие на общение с ними, радуясь,что ещё есть искренние и ищущие души, хотя они под влиянием седьмой тьмы, внедрившейся в Лаодикию, и были ослаблены, будучи временно охвачены тьмой, не имея ясности о новых лучах седьмого света в вести Верного Свидетеля и не
понимая пророчества Е.Г.Вайт о долженствующем быть просевании, описанном в книге “Опыты и видения”, в Лаодикии вовремя кризиса в церкви АСД, предвиденном Духом Пророчества, а также не понимая и пророчества в книге “Великая борьба” о долженствующей быть буре, во время которой должно произойти отступление неверных АСД от вековой маслины церкви Божией.

Сестра Вайт предвидела всё это и писала так: “Как только буря приблизиться, многие уверовавшиев троекратную ангельскую весть, но не освятившие себя послушанием истине, оставят свое положение и примкнут к рядам своих противников. Через связь с миром, сделавшись участниками его духа, они привыкнут смотреть на эти вещи с почти той же точки зрения, и, когда наступит испытание, они изберут более
лёгкую, популярную сторону. Люди с дарованием и привлекательными манерами, которые однажды придерживались истины, приложат свои силы, чтобы прельщать других и вводить их в заблуждение. Они сделаются ненавистнейшими врагами своих прежних собратьев. Когда соблюдающие субботу будут преданы суду ради своей веры, то эти отпавшие сделаются наиболее деятельными орудиями сатаны и будут
обвинять их и клеветать на них, ложными слухами и наущениями подстрекая против них начальство” (Вел.б., “Последнее предостережение”).

Это свидетельство Духа Пророческого в статье “Последнее предостережение” (Иной ангел) стало исполняться в 1914 - 22 гг. за рекой, а позже у нас, когда исполнилось пророчество Библии о рассверепении язычников, которое своим испытанием (жатвенным зноем) ускорило созревание плевел и пшеницы и создало открытое, ясное отступление неверных, неустойчивых АСД, а это отступление вызвало новую весть с именем Верного Свидетеля и создало работу и движение Иного ангела и оформило тело верного остатка уцелевших, что есть церковь верных АСД.

И когда этим искренним душам в Пятигорске было объявлено всё это, то они с радостью приняли эту весть и были идейно наставлены и церковно оформлены в общество церкви Верных АСД, которая продолжала свою непрерывную нить верной церкви всех веков и борьбу с отступившими АСД, которые переродились из благородной лозы в дикую отрасль чужой лозы и сами себя отломили от истинной лозы – маслины.

Эти искренние души, будучи оформлены тогда идейно и организационно обратно в гражданство Лаодикии, на природную маслину,
были начатком Ахайи и тем малымгорчичным зерном, которое затем выросло в большое дерево, под тенью которого с тех пор и доныне многие искренние души находят себе духовный приют после скитаний по горам и холмам ложных учений, после ран от зверей полевых, потому
что пастыри неверных АСД не заботились о них, а отдали всё стадо в жертву Молоху и богу крепостей, что есть образ зверя, и
всё это было в день облачный и мрачный.
 
светлячокДата: Воскресенье, 20.10.2013, 22:14 | Сообщение # 14
модератор
Группа: Модераторы
Сообщений: 2952
Репутация: 2
Статус: Offline
Будучи в таком рассеянии и растерзании, искренние души взывали к Богу, постились, прося света и помощи, и Господь услышал их македонский зов и чудными путями обстоятельств проложил нам путь сюда в Пятигорск к ним.
Из этого нам стало ясно, что это был македонский зов о помощи и что нам, следуя голосу Божию, придётся здесь некоторое время пожить и потрудиться для этих рассеянных и израненных овец. А средств у нас не было. Поэтому я стала покупать на базаре старые вещи и перешивать их и продавать, а также покупать шерсть и вязать носки и варежки, т.е. рукавицы, чтобы иметь пропитание, чему свидетели ныне оставшиеся в живых из тогдашнего начатка Пятигорской общины, как, например, с.Миля Ч. и другие, о чём они и теперь вспоминают, как папа беседовал
с ними в постоянном их посещении с утра и до ночи, и в то же время помогал мне пороть эти вещи, чтобы ускорить их шить в продажу для пропитания.

Всё это, дорогие дети, тогда казалось нам вполне нормальным явлением, и мы можем сегодня смело сказать словами ап.Павла, что мы искали не вашего, а вас, дорогих душ, и труд наш не остался тщетным.

Через некоторое время произошли аресты местных братьев и сестёр. Этот арест подготовлялся ещё до нашего приезда за год, по прежнему их положению как верующих АСД, хотя уже и ослабевающих. Это сделал один из Доиков, который раньше был в их среде целый год. Из этого мы ясно видим, что уступки неверных АСД не сохранили их.

В эту группу предназначенных к аресту попала и наша дорогая с.Клавдия Фёдоровна, приютившая нас в скитаниях наших и дававшая своим домом возможность общения с другими искренними ищущими истину, в числе которых был и брат Лёня М. Будучи юношей, он не отходил от нас день и ночь, используя каждую минуту и каждое слово, впитывая, как губка, что нас весьма радовало, как некогда радовался ап.Павел о Тимофее, видя его жажду, искренность и интерес не только для себя, но чтобы передать и другим.

Вскоре с. Клава узнала на своей работе, где она работала, что ей предстоит арест. Мы её усиленно просили, чтобы она хотя бы на время ушла из дома к своим родственникам. Но она сказала нам: “Дорогие брат и сестра! Не уговаривайте меня, я не хочу, чтобы кто-то за меня положил жизнь, я хочу положить душу свою за других, ибо если я уйду из дома своего по просьбе вашей, то вы пострадаете за меня, а я этого не могу допустить, ибо если меня и возьмут, то дело Божие не пострадает, а если вас, то они останутся как овцы, не имеющие пастыря”.

И действительно, наши опасения о ней и предостережения к нашей печали оправдались. Через неделю пришли её арестовать. Но она мысленно уже приготовила себя к этому и встретила это спокойно. Только попросила сотрудников кесаря, окончивших обыск, подождать, пока она, вместе со мной и Лидочкой (дочерью 14 лет) помолиться. Они разрешили, и мы, преклонив колени, помолились, прося Отца Небесного укрепить её в узнических скитаниях и в разлуке с единственной дочерью, чтобы Он не оставил её и сохранил в истине. Я в молитве благодарила Отца за Святой Дух, укрепивший её в истине и давший ей мужество и на этот шаг разлуки и несения креста Христова, и просила Его укрепить её, чтобы Он сохранил её быть верной до конца.
 
светлячокДата: Воскресенье, 20.10.2013, 22:27 | Сообщение # 15
модератор
Группа: Модераторы
Сообщений: 2952
Репутация: 2
Статус: Offline
После этого служители кесаря обратились ко мне с настойчивым вопросом, являюсь ли я её родной сестрой, поскольку у нас было одно отчество. Я сказала: “Нет! Я приехала на лечение и снимаю здесь квартиру”. Возможно, они взяли бы и меня, но так как я ходила в то время последние дни с Вовой, то я сказала: “Оставьте меня в покое от ваших расспросов, потому что я иду в роддом”. Там же в Пятигорске и родился сын Володя.

После некоторого времени пришли и арестовали папу. Я осталась с Вовочкой и Лидочкой ибабушкой Мазур. Оставив их дома, я пошла с бывшим тогда ещё нашим братом Иваном Архиповичем искать папу. Но по причине внешних обстоятельств того времени мы нигде не могли его найти. Это было смутное, трудное военное время.
Возвратившись домой, мы всей семьёй Отца, по примеру апостольской церкви времен ареста апостола Петра, согласились иметь трёхдневный пост и просить Отца об освобождении папы, и Он услышал наши просьбы. На третий день отсутствия его (это был субботний день 15 января 1943 года) мы, пребывая в посте и молитве при запертых дверях, стоя на коленях, услышали стук в окно.

Лидочка,увидев рукав знакомого пальто, сказала: “Это дядя Володя”, но мы всё же продолжали кончать молитву. После этого я вышла к дверям и сквозь двери спросила: “Кто там?” Папа ответил: “Открой, Вера! Это я”. И одна из сестёр, подойдя к папе, с радостью приветствуя его, сказала: “Брат! Мы ещё три  дня будем поститься”. Но папа сказал ей словами Христа: “Могут ли печалиться сыны чертога брачного, когда с ними жених?” и мы все вместе преклонили колени и возблагодарили Отца, что Он услышал наши молитвы и исполнил свои обетования, и что Он вчера, сегодня и вовеки Тот же. “Се, Я с вами во все дни до скончания века”. И мы все вместе с радостью подкрепились пищею, а после захода солнца пошли к бывшей нашей сестре Кате Косм. и там совершили последний раз с ними вечерю Господню.

После этого папа ушёл в Сарепту, а через три месяца, 21 апреля 1943 года, мы поимели возможность на трудности того военного времени и нашего такого сарептского положения, поехать в Ташкент к деткам и старенькой бабушке Лукерье Николаевне, ныне уже успокоившейся в Господе, которых мы не видели уже более двух лет и притом по причине внешних обстоятельств не имели возможности даже письменно знать о них, а только жили верой в Его обетования, что Он Отец сирот и Судия вдов.

Много пришлось перенести трудностей в этом путешествии с Северного Кавказа в среднюю Азию как по железной дороге, так и через Каспийское море. Наконец-то мы увиделись с нашими дорогими детками и нашей дорогой мамочкой, которой пришлось немало пережить материальных трудностей с четырьмя малыми детьми в тяжёлое тогдашнее время войны, а мы приехали к ним в 1943 году в конце апреля.
Семья прожила без нас более двух лет в тяжёлом материальном положении по причине жестокой скупости Кости Костылева, который хранил и распоряжался святыней Господней, но был уже втайне корыстным хищником и скрытым врагом.
 
{Христианский форум "Верный свидетель" » Дух Пророчества » Проповеди В. Шелкова и труды Е.Вайт » ЛЕТОПИСЬ (Вера Шелкова.)
  • Страница 1 из 3
  • 1
  • 2
  • 3
  • »
Поиск: